Путешествие из Женевы в Москву 7 глава

Не все, но, поддались панике и бежали. Три полка: Преображенский, Семеновский и Лефортов – не дрогнули, показали стойкость и искусно оборонялись от наседавших шведов.

С пришествием мглы схватка закончилось. Карл XII готовился возобновить его на последующий денек, но надобность в нем отпала. Поздно вечерком начались переговоры. Шведский повелитель отдал обещание пропустить российское Путешествие из Женевы в Москву 7 глава войско на обратный сберегал Наровы со знаменами и орудием, но без артиллерии.

Всю ночь российские восстанавливали мост через реку, а с утра начался выход из окружения. Шведский повелитель предательски нарушил условия перемирия. Беспрепятственно с орудием и знаменами прошли гвардейцы: шведы не рискнули их трогать. Но как начали перебираться на другой Путешествие из Женевы в Москву 7 глава сберегал остальные полки, шведы напали на их, разоружили и разграбили обоз. Более того, в шведском плену оказалось 79 генералов и офицеров.

Итак, трагедия под Нарвой нанесла значимый урон российской армии: она утратила всю артиллерию, лишилась командного состава и растеряла более 6 тыщ боец. Много лет спустя, вспоминая происшедшее, Петр писал: «Но Путешествие из Женевы в Москву 7 глава когда сие нещастие (либо, лучше сказать, величавое щастие) получили, тогда неволя леность отогнала и ко трудолюбию и искуству денек и ночь принудила». Вправду, история тех пор сохранила огромное количество фактов, подтверждающих, как «неволя», другими словами последняя нужда, вынудила царя развить обезумевшую энергию по устранению последствий Нарвы Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, а страну – мобилизовать ресурсы для продолжения борьбы с могучим и опасным противником.

Нарва не прибавила славы полководческой репутации вельможи Шереметева. По последней мере два раза его деяния вызывают порицание: он отказался от схватки со шведами, когда командовал пятитысячным отрядом конницы, чем лишил войско, осаждавшее Нарву, способности приготовиться к встрече с основными Путешествие из Женевы в Москву 7 глава силами шведского короля, а потом совместно с кавалерией в панике бежал с поля боя.

Правда, поражение под Нарвой являлось данью общей отсталости Рф. Послушаем, как разъяснял предпосылки беды сам Петр: «Итако, шведы над нашим войском викторию получили, что есть безспорно; но надлежит разуметь, над каким войском оную Путешествие из Женевы в Москву 7 глава учинили, ибо только один старенькый полк Лефортовский был (который перед тем именовался Шепелева); два полка гвардии только были на 2-ух атаках у Азова, а полевых боев, а наипаче с постоянными войски, никогда не видали. Остальные ж полки, не считая неких полковников, как офицеры, так и рядовые, самые были рекруты, как Путешествие из Женевы в Москву 7 глава выше помянуто, к тому ж за поздним временем величавый голод был, понеже за величавыми грязьми провианта привозить было нереально, и, единым словом сказать, все то дело яко детское играние было, а искуства ниже вида. То какое удивление такому старенькому, обученному и практикованному войску над такими неумелыми сыскать викторию?»[231]

«Неискусным Путешествие из Женевы в Москву 7 глава рекрутом», на самом деле дела, был и Шереметев. Он удачно действовал против османов и крымцев, но не мог устоять против потрясающе вымуштрованной и настолько же потрясающе вооруженной постоянной армии Карла XII.

У Петра, потерявшего под Нарвой практически весь офицерский корпус, выбора не было, и он вновь прибегнул к услугам Шереметева Путешествие из Женевы в Москву 7 глава. Две недели спустя после Нарвы правитель поручает ему принять командование конными полками и с ними «итить в даль для наилучшего вреда неприятелю». Здесь же последовало предупреждение: «…не чини отговорки ничем». Петр считал: войск довольно, ну и реки и болота промерзли – как следует, препятствий для марша не было.

Справедливости ради отметим Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, что Шереметев конечно не располагал ни силами, ни средствами, чтоб «итить в даль» и начать активные боевые деяния в широких масштабах. Требовалось время для восстановления морального духа армии, деморализованной неудачей под стенками Нарвы. Еще более времени нужно было для того, чтоб армия завладела современным военным искусством. Потому Путешествие из Женевы в Москву 7 глава единственной вероятной формой ведения боевых операций была так именуемая «малая война» – деяния маленькими отрядами, наносившими локальные удары.

На ведение «малой войны» в Восточной Прибалтике неразговорчиво согласились обе стороны. Петру генеральное схватка не предвещало никаких надежд на фуррор, ибо предстояло вернуть артиллерийский парк, укомплектовать новые полки, а главное, перевоплотить необстрелянных Путешествие из Женевы в Москву 7 глава новобранцев, еще пока представлявших массу вооруженных людей, в подлинных воинов. Не стремился к генеральному схватке и Карл XII. Повелитель уверовал в очень низкие боевые свойства российской армии, выведенной из строя, как он считал, на долгие и длительные годы. После победы под Нарвой он считал основным своим противником саксонское Путешествие из Женевы в Москву 7 глава войско Августа II, против которого и двинул свои главные силы. В пограничных с Россией районах Прибалтики Карл XII оставил корпус полковника Шлиппенбаха, поручив ему оборону этих районов, давно являвшихся житницей Швеции, также овладение Гдовом, Печорами и в перспективе Псковом и Новгородом. Поход на восток повелитель откладывал до той поры, когда Путешествие из Женевы в Москву 7 глава он разгромит саксонскую армию и тем обеспечит безопасность собственных тылов.

Борис Петрович, получив королевский приказ «итить в даль», не торопился его делать. Внутренне он, нужно считать, не был готов немедля откликнуться и на 2-ой призыв царя, обращенный к нему 20 января 1701 года: действовать интенсивно, «дабы по последней мере должность Путешествие из Женевы в Москву 7 глава отечества и честь чина исправити потщились».[232]

Воззвание Петра к патриотическим эмоциям вельможи было обосновано тем, что после Нарвы престиж Рф и царя в очах Европы пал так, что они стали предметом зубоскальства остряков. Петру не терпелось реабилитировать реноме собственной армии. У нас нет оснований считать, что Шереметев не делил Путешествие из Женевы в Москву 7 глава этого желания царя. В одном из писем Бориса Петровича, отправленном, правда, некоторое время назад описываемых событий, есть слова, звучащие как клятва: «…сколько есть во мне разума и силы с великою охотою желаю служить; а себя я не жалел и не жалею».[233]Однако на риск ради сиюминутного фуррора он не шел.

В Путешествие из Женевы в Москву 7 глава конце 1700 и в первой половине 1701 года инициатива в Прибалтике принадлежала шведам. Правда, выгод из этой инициативы Шлиппенбах не извлек: он пробовал завладеть Гдовом, но фуррора не достигнул; его отряд штурмовал Печору, но был отброшен. Шведам пришлось наслаждаться опустошением близлежащих деревень.

В свою очередь Шереметев тоже наносил шведам Путешествие из Женевы в Москву 7 глава малочувствительные уколы: его полки, пытавшиеся в декабре 1700 года захватить Алысту (Мариенбург), обязаны были отойти. Успешнее действовали маленькие отряды, совершавшие рейды ради опустошения окружностей. Урона живой силе они не наносили, но чувствительно ослабляли продовольственную базу шведов.

Первую более либо наименее значительную операцию Шереметев предпринял сначала сентября 1701 года, когда двинул на вражескую местность Путешествие из Женевы в Москву 7 глава три отряда общей численностью 21 тыща человек. Командование самым большим из их, насчитывавшим выше 11 тыщ человек, Борис Петрович вручил собственному отпрыску Мише. Этот отряд был нацелен на Ряпнину мызу. Его деяния принесли фуррор: шведы утратили три сотки убитыми, две пушки, выше 100 фузей; российских полегло всего девять человек. Военное значение этой Путешествие из Женевы в Москву 7 глава операции было невелико, но ее сначала оценивали в плане увеличения морального духа российских войск. После Нарвы это была 1-ая победа над шведами. В Печорском монастыре победителям была организована пышноватая встреча. Современник обрисовал ее так: «Наперед везли полон, за полоном везли знамена, за знаменами пушки, за пушками ехали полки Путешествие из Женевы в Москву 7 глава ратных людей, за полками ехал он, Михайла Борисович. А в то время у Печорского монастыря на всех раскатах и на башнях распущены были знамена, также и во всех полках около Печорского монастыря, и на радости была стрельба пушечная по раскатам и по всем полкам, также из маленького ружья».[234]

К командирам 2-ух Путешествие из Женевы в Москву 7 глава других отрядов военная удача была наименее благорасположенна. Какой-то из них, невзирая на неоднократное численное приемущество, не победил противника, при этом под пером Шлиппенбаха в донесении королю схватка у мызы Рауге было подано как победа большущего значения. Карл XII, склонный к мистификации и охотно веривший всему Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, в том числе и небывальщинам, только бы они прославляли шведское орудие, произвел полковника в генерал-майоры. Свежеиспеченный генерал донес королю, что он предпочел бы увеличению в чине получение подкреплений в 7–8 тыщ боец.

В связи с эпизодом при мызе Рауге в голландской газете появилось сообщение, что на 1200 шведов напало около 100 тыщ Путешествие из Женевы в Москву 7 глава российских. Они были отброшены, оставив 6 тыщ трупов. В реальности в отряде Корсакова, совершившего нападение на Рауге, насчитывалось 3717 человек, а утраты исчислялись несколькими десятками боец.[235]

Прямо за сентябрьским походом наступила передышка. Оба предводителя готовились к решительному схватке «малой войны». По указу царя еще 2 октября Шереметев был должен сделать генеральный поход Путешествие из Женевы в Москву 7 глава «за свейский рубеж». Борис Петрович, как и всегда, медлительно, но основательно готовил свою армию к дальнейшему походу – пригодилось практически три месяца, чтоб она двинулась в путь.

От предшествовавших боевых действий поход Шереметева в конце 1701 года отличался многими особенностями, которые были обоснованы возникновением в войсках неких черт постоянной армии Путешествие из Женевы в Москву 7 глава. Сентябрьские вылазки отрядов Шереметева по собственному нраву и целям более напоминали деяния партизан, ежели постоянных войск. Они были настолько локальными и ограниченными по задачкам, что ни фуррор, ни поражение не оказывали воздействия на ход войны, «понеже, – как сказано в „Гистории Свейской войны“, составленной кабинет-секретарем А. В. Макаровым по поручению Петра Путешествие из Женевы в Москву 7 глава и лично им расправленной, – более боялись пришествия от врага, неже сами наступали».[236]

Новенькому походу предшествовал основательный сбор данных о противнике. Шереметеву было точно понятно, что Шлиппенбах сосредоточил у мызы Эрестфер 7–8 тыщ конницы и пехоты. Знал он и о намерении противника штурмовать Печорский монастырь и остальные пункты, где на зиму Путешествие из Женевы в Москву 7 глава расположились российские полки. Шереметев решил упредить противника и взял инициативу наступательных действий в свои руки.

В конце концов, поменялся высококачественный состав российских войск. В осенних операциях драгуны и пехотинцы составляли только третья часть занятых в их войск – 7 тыщ человек, тогда как в декабре из 18 800 человек, участвовавших в Путешествие из Женевы в Москву 7 глава походе, на их долю падало две третьих. Российская армия уже начинала пожинать плоды собственной реорганизации: за год после Нарвы было сотворено 10 новых драгунских полков.

Корпус под командованием Шереметева выступил из Пскова в поход «за свейский рубеж» 23 декабря 1701 года. Три денька спустя он оставил обоз и дальше продвигался «тайным обычаем» в Путешествие из Женевы в Москву 7 глава надежде поруха на противника врасплох. Шведы, не ждя прихода российских по глубочайшему снегу, беззаботно предавались разгулу, празднуя Рождество, и нашли приближение противника только 27 декабря.

Схватка, начавшееся в 11 утра 29 декабря у мызы Эрестфер, на первом шаге складывалось не совершенно успешно для российских, ибо в нем участвовали только драгуны. Оказавшись Путешествие из Женевы в Москву 7 глава без поддержки пехоты и артиллерии, не подоспевших к месту боя, драгунские полки были рассеяны вражеской картечью. Но подошедшие пехота и артиллерия резко изменили соотношение сил и ход схватки. После пятичасового боя Шлиппенбах, вполне разгромленный, обязан был спасаться бегством. С остатками кавалерии он укрылся за стенками крепости в Дерпте. В руках Путешествие из Женевы в Москву 7 глава российских оказалось около 150 пленных, 16 пушек, также провиант и фураж, впрок заготовленные противником в Эрестфере.

Шереметев пробовал было организовать преследование беглецов и поимку дезертиров, укрывшихся в лесах, но позже отказался от этого намерения. Изменение решения он растолковал Петру так: «…нельзя было итить – всемерно лошеди все стали, а пуще снеги глубоки и Путешествие из Женевы в Москву 7 глава после теплыни от морозов понастило; где лошед увязнет – не выдеретца; ноги у лошедей ободрали до мяса». Задачку свою Шереметев считал выполненной, ибо, как он доносил царю, шведы от поражения «долго не образумятца и не оправятца».[237]

4 января 1702 года войска возвратились в Псков, где в честь фаворитов «после молебного пения из Путешествие из Женевы в Москву 7 глава пушек и из маленького ружья за щастливую викторию стреляли».[238]

Фуррор отметили и в столице. Уведомление о победе Борис Петрович выслал 2 января «с сынишкою своим Мишкою». В Москве в первый раз с начала Северной войны в честь фаворитов раздались пушечная стрельба и гул колоколов, люд угощали вином, пивом, медом. На кремлевских Путешествие из Женевы в Москву 7 глава башнях развевались оккупированные у шведов знамена и штандарты. Современник Иван Афанасьевич Желябужский записал: «А на Москве, на Красноватой площади, для таковой радости изготовлены государевы древесные хоромы и сени для банкета; а против тех хором на той же Красноватой площади изготовлены различные потехи и сейчас стоят».[239]Эрестферская победа Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, таким макаром, отдала повод организовать 1-ый в Рф общедоступный театр.

В Псков скакал поручик Меншиков с заслугами. Шереметеву он привез орден Андрея Первозванного, также известие о пожаловании его чином фельдмаршала. Броско, что этим званием правитель отметил подлинные награды Бориса Петровича на поле брани.

Доморощенные поэты поднесли царю тяжеловесные вирши, смысл которых Путешествие из Женевы в Москву 7 глава состоял в том, что Орел, знак Рф, победил шведского Льва:

Гордый Лев, мня Сокола поглотити,

Восхотя на ся пред временем лавров венец возложити,

Но Орел премудре знает крыла и кохти употребляти,

Что оный близ Дерпта понужден храбрость потеряти.

Европа удивися и рече: я есмь прельщенна

И поистинне Путешествие из Женевы в Москву 7 глава о львовой храбрости лживым известии отяхченна.

Последние строчки виршей предназначались для ушей зарубежных наблюдателей, которые, как рассчитывали, должны были сказать европейским дворам о поражении шведов. Европа, но, еще долгие и длительные годы продолжала находиться под впечатлением нарвской катастрофы российской армии. Молву о непобедимости шведов ловко поддерживали Шлиппенбах и сам Путешествие из Женевы в Москву 7 глава повелитель. Шлиппенбах оправдывал свое поражение колоссальным приемуществом российских войск: по его донесению, их как будто было 100 тыщ человек. Бодрился и повелитель. Раз российские отошли к Пскову, означает, шведская армия сохранила боевой дух и способность держать в ужасе врага.

Численность российских войск, конкретно сражавшихся у Эрестфера, превосходила численность шведов приблизительно в Путешествие из Женевы в Москву 7 глава 3 раза – соответственно 10 тыщ и 3200 человек. Боеспособность российской армии еще уступала шведской. Но на этом шаге войны важен был конечный итог. Значение победы правитель оценил лаконически и выразительно, как это он умел делать, восклицанием: «Мы можем в конце концов лупить шведов!»

Появился и 1-ый военачальник, научившийся их побеждать, – российский фельдмаршал Шереметев Путешествие из Женевы в Москву 7 глава.

Наша родина в то время не располагала необходимыми ресурсами для ведения непрерывных наступательных операций. Правитель, как и его фельдмаршал, осознавал, что российские войска до сего времени имели дело не со всей шведской армией (самая боеспособная ее часть находилась под командованием короля в Польше), а всего только с корпусом Путешествие из Женевы в Москву 7 глава Шлиппенбаха. У северных союзников не было убежденности, что Карл XII станет поочередно производить раз избранный план борьбы с ними и не прибудет с главными силами к Пскову либо Новгороду настолько же внезапно, как он оказался под стенками Нарвы, заместо погони за войсками Августа II.

Вот поэтому русскому командованию Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, до того времени пока шведский повелитель основательно не «увязнет» в Польше, нужно было не только лишь держать в кулаке свои силы, да и не изнурять войска и в то же время учить их военному ремеслу.

Фельдмаршал неоднократно спрашивал у Петра, «как весну сегодняшнюю войну известие, наступательную либо оборонительную». Ответ царя говорил Путешествие из Женевы в Москву 7 глава: «…с весны поступать оборонительно». Вобщем, оговаривался Петр, если представится возможность совершить успешную акцию, то таковой случай не упускать. Так рассуждал Петр в конце марта 1702 года. Но два месяца спустя обстановка на ингерманландском театре поменялась: царю, находившемуся в то время в Архангельске, стало понятно, что повелитель двинулся к Варшаве и, как Путешествие из Женевы в Москву 7 глава следует, Шлиппенбах не мог рассчитывать на подкрепление. Наступил, как писал Петр, «истинный час» для нового похода в Лифляндию. Его подготовка довольно выпукло выявила особенности нрава фельдмаршала, на которые нам нередко придется уделять свое внимание.

Основательность подготовки и прочно сбитую компанию дела Шереметев показал еще во время зимнего Путешествие из Женевы в Москву 7 глава похода. Он и сейчас был озабочен подбором офицерских кадров. Послушаем, как аттестовал фельдмаршал неких собственных подчиненных полковников: «Федор Новиков стар и увечен; князь Иван Львов стар и совсем беден, и несносно ему полком править»; у князя Никиты Мещерского «сухотная болезнь», а Миша Жданов «несносно свое дело правит». Заместо негожих он именовал Путешествие из Женевы в Москву 7 глава кандидатов, которым бы «не постыдно было полковниками называтца», но они находились под покровительством «своих добродеев» и, заместо того чтоб вести войну, пристроились «в покойные дела и прибыточные».[240]

Другая забота фельдмаршала состояла в укомплектовании полков людьми и лошадьми. Шереметев соглашался с царем, что следовало ускорить подготовку похода, но его Путешествие из Женевы в Москву 7 глава одолевали опаски, что поступление пополнений задержится: казаки, татары и калмыки еще не прибыли, не ожидалось в скором времени и получение драгунских лощадей. Меж тем фельдмаршал был глубоко убежден – и этим убеждением он управлялся постоянно, – что залогом фуррора является достижение численного приемущества над противником. Ради этой цели он Путешествие из Женевы в Москву 7 глава даже осмелился игнорировать королевский указ. Петр повелел ему выделить в распоряжение Петра Матвеевича Апраксина, действовавшего в районе Ладоги, три драгунских полка. Шереметев посчитал, что откомандирование 3-х полков ослабит его корпус, и передал только один. Апраксин сетовал царю, но неудачно.

Но вместе с основательностью фельдмаршал проявлял и медлительность, и иногда эти Путешествие из Женевы в Москву 7 глава свойства так тесновато переплетались, что их нереально отделить друг от друга.

Шереметев отправился в поход только 12 июля. В его распоряжении находилось около 18 тыщ человек, в то время как Шлиппенбаху удалось наскрести чуток больше 7 тыщ. Высококачественный состав корпуса Шереметева стал еще выше, чем в зимнем походе. Сейчас уже не две третьих, а Путешествие из Женевы в Москву 7 глава 5 шестых войска фельдмаршала состояло из постоянной конницы и пехоты.

Начало кампании 1702 года как две капли воды напоминало военные деяния зимнего похода. Передовые части российских войск вступили в соприкосновение с противником у мызы Гуммельсгоф (по русским источникам, у Гумуловой мызы) 18 июля, когда Большой полк Шереметева находился на Путешествие из Женевы в Москву 7 глава марше. Шведам удалось не только лишь потеснить авангард, да и отбить у него несколько пушек. Подоспевшая пехота решила финал дела. Как и при Эрестфере, шведская кавалерия, не выдержав напора, бросилась наутек, расстроила во время бегства ряды своей пехоты и обрекла ее на полное ликвидирование. Незадачливый Шлиппенбах бежал в Пярну, где ему удалось Путешествие из Женевы в Москву 7 глава собрать остатки собственных разгромленных и деморализованных войск в количестве 3 тыщ человек. Другие полегли у мызы Гуммельсгоф. Утраты российских были в 2–3 раза меньше. Эта победа превратила Шереметева в полновластного владельца Восточной Лифляндии. Фуррор Шереметева был отмечен Петром: «Зело признательны мы вашими трудами».[241]

В отличие от зимнего похода, продолжавшегося Путешествие из Женевы в Москву 7 глава 10 дней, летом 1702 года Шереметев задержался на вражеской местности практически на два месяца. В различные концы Лифляндии фельдмаршал высылал отряды для опустошения края. Но не считая того, российские обуяли 2-мя крепостями. Одна из их, у мызы Менза, представляла собой каменное строение, которое враг использовал для обороны. Гарнизон ее во главе с подполковником Путешествие из Женевы в Москву 7 глава два раза отклонял требования о капитуляции и согласился сдаться только после подхода главных сил армии Шереметева. Фельдмаршал доносил царю: «…увидя меня, тот полуполковник замахал в окно шляпою и повелел лупить в барабан и просил милосердия, чтоб им заместо погибели дать живот».[242]

С мызой Менза удалось покончить Путешествие из Женевы в Москву 7 глава в два денька. Зато с Мариенбургом, крепостцой со слабенькими фортификационными сооружениями, осаждавшим пришлось возиться 12 суток. Трудность овладения Мариенбургом разъяснялась его островным положением. Шереметев оставил описание крепостцы: «…стоит на острову около вода, сухова пути ни с которой стороны нет». Подъемный мост был разрушен. Шереметев уже было отчаялся завладеть городом и собирался Путешествие из Женевы в Москву 7 глава отступить от него, но кто-то порекомендовал сконструировать плоты, на которых осаждавшие преодолели 200-метровое расстояние, отделявшее сберегал от острова. Под опасностью штурма осажденные сдались.

9 сентября фельдмаршал возвратился в Псков и принялся подсчитывать трофеи: было захвачено выше тыщи пленных, в том числе 68 офицеров, 51 пушка, 26 знамен. Правитель остался доволен действиями фельдмаршала. «Борис Путешествие из Женевы в Москву 7 глава Петрович в Лифляндии гостил значительно довольно», – писал он Федору Матвеевичу Апраксину. Самого Бориса Петровича правитель вновь поздравил с викториями.[243]

Одному из мариенбургских трофеев волей варианта предначертано было войти в историю. Идет речь о пленнице, позднее ставшей женой царя, а потом императрицей Екатериной I. О ее происхождении прогуливались Путешествие из Женевы в Москву 7 глава разные слухи. Согласно одному из их, мама ее была крестьянкой и рано погибла. Марту взял на воспитание пастор Глюк. Намедни прихода российских под Мариенбург она была обвенчана с драгуном, которого во время супружеского пира срочно вызвали в Ригу. По другой версии, пленница была дочерью лифляндского дворянина и его крепостной Путешествие из Женевы в Москву 7 глава служанки. Третьи считали ее уроженкой Швеции и т. д.

Достоверным является только факт, что девченка, рано оставшись без родителей, воспитывалась в семье пастора Глюка, где она делала обязанности служанки. С семьей пастора она попала в плен, ее взял к для себя Шереметев, у того пленную выпросил Меншиков, у последнего ее увидел Петр Путешествие из Женевы в Москву 7 глава. С 1703 года она стала его победительницей, а в 1712 году вступила в церковный брак с царем.[244]

Настолько же достоверным является суждение о нерусском происхождении Марты. Похоже, что она родилась в шведских владениях. Свидетельства на этот счет, правда косвенные, исходят от самого царя.

Петр, как понятно, раз в год отмечал взятие Путешествие из Женевы в Москву 7 глава древнерусского Ореха, по-шведски Нотебурга, переименованного им в Шлиссельбург. 11 октября 1718 года, находясь в Шлиссельбурге, правитель писал супруге: «Поздравляю вам сим счастливым деньком, в каком российская нога в ваших землях фут взяла, и сим ключом много замков открыто». В десятую годовщину Полтавской виктории, 27 июня 1719 года, Петр писал: «Чаю, я вам Путешествие из Женевы в Москву 7 глава воспоминаньем этого денька опечалил». Оба письма недвусмысленно намекают на прибалтийское происхождение пленницы. Эту версию подтверждает также шуточный разговор царя с женой, как будто состоявшийся в 1722 году, другими словами после заключения Ништадтского мира.

– Как контрактом постановлено всех пленных вернуть, то не знаю, что с тобой будет, – начал правитель.

Екатерина отыскала Путешествие из Женевы в Москву 7 глава что ответить:

– Я ваша служанка – делайте что угодно. Не думаю, но же, чтобы вы меня дали; мне охото тут остаться.

– Всех пленников отпущу, о для тебя же условлюсь с владыкой шведским, – окончил разговор Петр.[245]

Он происходил в то время, когда бывшая пленница издавна сама пленила сердечко российского Путешествие из Женевы в Москву 7 глава царя и стала его женой. Но в 1702 году чернобровая кросотка была прачкой фельдмаршала и затерялась в массе штатских пленников и пленниц, которые в источниках тех пор, естественно, остались безымянными.

Две победы фельдмаршала, будучи по существу локальными, в не далеком будущем оказали большущее воздействие на военные деяния в Ингерманландии Путешествие из Женевы в Москву 7 глава. Разгром корпуса Шлиппенбаха сделал подходящие условия для воплощения плана возвращения земель по течению Невы, устранив опасность нападения на российские войска с тыла. Походы, не считая того, были собственного рода школой практического овладения военным ремеслом как для армии, так и для самого фельдмаршала. Обе кампании осенили Бориса Петровича лучами славы Путешествие из Женевы в Москву 7 глава первого фаворита шведов.

В жизни предводителя эти кампании примечательны к тому же тем, что Шереметев оба раза выступал в роли фактического главнокомандующего войсками. Он определял цели походов, он их и производил. Петр, находившийся в то время вдалеке от театра войны, естественно, не мог вмешиваться ни в детали организации походов, ни тем паче Путешествие из Женевы в Москву 7 глава в боевые деяния войск. Правитель в этом случае ограничился только определением сроков вторжения на вражескую местность. Произнесенное нуждается в пояснении.

Петр, как понятно, управлял операциями на театре военных действий через лиц, номинально значившихся командующими, предпочитая оставаться в тени. Во время первого Азовского похода российской армией, осаждавшей крепость Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, командовали Головин, Лефорт и Гордон. Правитель, практически управляющий этим плохим походом, подвизался в роли «бомбардира Pitera». Во 2-м Азовском походе, закончившемся овладением крепостью, Петр тоже не возложил на себя обязательств главнокомандующего, хотя, как и во время первого похода, все решения исходили от него, а не от генералиссимуса вельможи Алексея Семеновича Шеина Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, занимавшего этот высочайший пост. Типично, что на его долю выпали и все почести, следуемые победителю: когда возвратившиеся из-под Азова войска проходили праздничным маршем через Москву, Шеин ехал верхом на богато убранной лошадки в сопровождении 30 всадников в панцирях и музыкантов, а Петр шел в пешем строю Путешествие из Женевы в Москву 7 глава в черном германском платьице с белоснежным пером на шапке. Вобщем, успешное окончание кампании отразилось и на царе: бомбардир был повышен в чине и стал капитаном.

В сражении под Нарвой Петр вручил командование русскими войсками наемнику фон Круи. Традиции действовать через подставных лиц правитель не изменил и в следующие годы независимо от того Путешествие из Женевы в Москву 7 глава, находился ли он при армии либо за тридевять земель от нее.

В то время когда Шереметев крушил Шлиппенбаха и гарнизоны 2-ух крепостей в Лифляндии, правитель находился в Архангельске. На этом путешествии царя на север страны и доныне лежит печать загадочности. Ради чего он туда направился в Путешествие из Женевы в Москву 7 глава сопровождении 2-ух гвардейских полков и пышноватой свиты, насчитывавшей около 50 персон? Прихватил он с собой и 12-летнего отпрыска – принца Алексея. Отправился в Архангельск и победитель царя Алексашка Меншиков, намедни отъезда назначенный воспитателем принца.

Официальная цель поездки состояла в том, чтоб оградить Архангельск – единственный морской порт Рф, соединявший ее с Европой, – от нападения шведов Путешествие из Женевы в Москву 7 глава. О намерении врага штурмовать в мае 1702 года Город, как тогда называли Архангельск, Петр вызнал в апреле. Это весть и принудило его 18 апреля покинуть Москву, чтоб организовать достойный отпор вражескому флоту.

Но не лишена неких оснований и высказанная в литературе идея, что поход Петра в Город был Путешествие из Женевы в Москву 7 глава не чем другим, как отвлекающим маневром, призванным замаскировать его подлинное намерение завладеть Нотебургом и течением Невы.

Намерение возвратить Рф древнерусский Орех – крепость, запиравшую Неву у самого ее выхода из Ладожского озера, – появилось у Петра в конце 1701 года. В январе будущего года он поручил Шереметеву навести справки о времени, когда Нева Путешествие из Женевы в Москву 7 глава бывала скована льдом, также о состоянии 2-ух крепостей – Нотебурга и Ниеншанца, стоявшего у места впадения Невы в Балтийское море. Энтузиазм царя разъяснялся его планами организовать нападение на крепости зимой, по льду.

Операция, но, не свершилась, частично из-за рано наступившего половодья. От плана пришлось отрешиться к тому же поэтому, что к Путешествие из Женевы в Москву 7 глава тому времени не удалось обеспечить безопасность тыла: сохранивший силы Шлиппенбах мог поруха на войска, осаждавшие Нотебург, и тем перерезать коммуникации. Угроза повторения Нарвы вынуждала царя и его генералов проявлять крайнюю осторожность.

Одно из критерий фуррора, заложенное в план операции, состояло в полной внезапности нанесения удара. В данном случае Путешествие из Женевы в Москву 7 глава враг не успел бы оказать гарнизонам этих крепостей соответствующей помощи. Январский наказ Шереметеву правитель заключил словами: «Все сие изготовление зело, зело хранить потаенно, как может быть, чтобы нихто не дознался». Вточности такой же призыв к сохранению потаенны Петр выразил и в письме к Шереметеву, отправленном из Архангельска 5 августа 1702 года, другими Путешествие из Женевы в Москву 7 глава словами в денек, когда он выехал из Городка: «… и мы к вам не зело поздно будем, но сие изволь держать тайно».[246]

Расстояние от Москвы до Архангельска правитель преодолел за 30 дней. В Городке он провел около 3-х месяцев. За этот период времени он спустил на воду два фрегата, а Путешествие из Женевы в Москву 7 глава потом, убедившись в том, что конкретной опасности нападения шведов на Архангельск нет, двинулся во главе гвардейских полков к Онежскому озеру. Это был поход беспрецедентной трудности, ибо совершался он по нехоженым местам: приходилось в глухих лесах прорубать просеки, в болотах настилать гати, а через речки строить мосты. 120 верст томного пути от Путешествие из Женевы в Москву 7 глава Нюхчи на Белоснежном море до Повенца на Онежском озере были преодолены в маленький срок – наименее чем за две недели. Посреди сентября правитель уже находился в Старенькой Ладоге.

Еще до прибытия в Ладогу Петр направил Шереметеву два приглашения явиться туда на военный совет. «А без вас не так Путешествие из Женевы в Москву 7 глава у нас будет, как надобно», – писал он Борису Петровичу 3 сентября. Еще большее почтение к авторитету предводителя звучало в повторном приглашении: «…зело необходимо, и без того инако быти не может».[247]

На совещании в Старенькой Ладоге был выработан и принят к выполнению план овладения Нотебургом. Командование собравшимися войсками численностью выше 10 тыщ человек Путешествие из Женевы в Москву 7 глава правитель передал фельдмаршалу Шереметеву.

Размеры крепости, которой надлежало завладеть, были невелики. Гарнизон ее насчитывал всего 450 человек. Но оборона крепости существенно облегчалась ее островным положением. Практически у самой воды были построены стенки в четыре сажени высотой и две сажени шириной. Гарнизон был обеспечен достаточной артиллерией: в его распоряжении находилось Путешествие из Женевы в Москву 7 глава 142 ствола.

Осадные работы российские войска начали 27 сентября, а через три денька, когда окружение крепости было завершено, Шереметев выслал к коменданту парламентера, чтоб разведать, «намерен ли он эту крепость на способной контракт здать». Комендант востребовал четыре суток на размышления. Осаждавшие ответили на «сей комплимент» насыщенной бомбардировкой, потому что усмотрели в нем хитрость Путешествие из Женевы в Москву 7 глава. Обстрел длился безпрерывно прямо до сдачи крепости.


pustaya-lodka-osho-besedi-po-viskazivaniyam-chzhuan-czi-stranica-15.html
pustaya-lodka-osho-besedi-po-viskazivaniyam-chzhuan-czi-stranica-9.html
pustie-znacheniya-v-agregiruyushih-funkciyah.html